Золотая корона советской Алма-Аты
Гостиница «Казахстан» считается одним из главных символов Алматы. Мы же, поселившись не слишком близко от неё, впервые познакомились с её обликом не вживую, а опосредованно — как в том старом советском анекдоте:
— И шо вы все с ума посходили со своим Карузо?! Слышал я того Карузо — таки ничего особенного. Картавит, фальшивит…
— А вы были на его концерте?
— Нет, зачем? Мне Рабинович по телефону напел.
Так вот, мы увидели гостиницу «Казахстан» сначала в Музее Алматы в виде светильника-ночника, выпускавшегося в 1980-х алма-атинским заводом пластмасс «Қызылту».
Минутка этимологии
Тюркское кызыл знакомо всем русскоязычным по ярко-красной ягоде кизила, а ту восходит к древнекитайскому 纛, обозначавшему украшенное перьями кожаное полотнище (штандарт), которое использовалось в ритуальных церемониях. А вместе получилось… Да, типичное советское название «Красное знамя».
Ставка на монолит: как укротить 9 баллов
Саму гостиницу, конечно, потом мы тоже увидели. И, надо сказать, визуально ультрасовременной она сейчас не выглядит. Хотя в инженерном плане это, безусловно, выдающееся строение.
Помните мой пост про Зенкова — основоположника сейсмостойкого строительства в Центральной Азии? Он придумал использовать тянь-шаньскую ель, обеспечившую строениям гибкость. Понятно, что на стометровую башню строившегося в 1975—1977 годах «Казахстана» никаких елей было не напастись. Поэтому создатели отеля из Казгорстройпроекта (ныне Проектной академии KAZGOR): уроженцы Верного архитекторы Юрий Ратушный и Аркадий Деев вместе со своим руководителем Львом Ухоботовым и инженер-конструктор Леонид Матвиец — опираясь на исследования основателя научной школы сейсмостойкого строительства в Казахстане Тоулебая Жунусова, сделали ставку на бескаркасную систему из монолитного железобетона.
Взгляните на типовой план одного из 26 этажей гостиницы, взятый мной из книги А. П. Ольховой:
На нём хорошо видны несущие конструкции: овальное ядро в центре, где располагаются лифтовые и коммуникационные шахты, ставшее стержнем постройки, и поперечные диафрагмы. Они покоятся на коробчатой плите из того же монолитного железобетона, установленной на глубоких буронабивных сваях.
Создатели были так уверены в своих расчётах, что перед сдачей здания в эксплуатацию поднялись на 25-й этаж вновь построенной гостиницы во время испытаний вибрационными машинами и маятниками, имитировавшими 8-9-балльное землетрясение. Несмотря на то, что амплитуда раскачивания составила целый метр, зодчие устояли на ногах и доказали всем высокую сейсмостойкость своего творения. Хоть в 2008 году гостиница «Казахстан» и уступила пальму первенства в высотности, она и по сей день считается самым сейсмостойким зданием южной столицы Казахстана.
Новейшая история: от советского модернизма к турецкому бизнесу
А владеет сейчас отелем, кстати, семья Касановых — потомков депортированных Сталиным в Центральную Азию из грузинской Месхетии турецкоязычных мусульман, называющих себя «ахыска».
В отличие от многих других насильно переселённых народов, им не позволили вернуться на историческую родину после разоблачения культа личности. Кто-то всё же так скучал по Кавказу, что переселялся тюркоязычные Кабардино-Балкарию и Азербайджан, но большинство остались в Центральной Азии.
И если в Казахстане многие из них живут по сей день и даже издают там единственную турецкоязычную газету «Ахыска», из соседнего Узбекистана они бежали после погрома 1989 года в Ферганской долине.
Но на этом их злоключения, увы, не закончились: тех, кого принял Азербайджан, стали расселять в зонах армяно-азербайджанского конфликта; те, кого приняла Украина, оказались в зоне «СВО» и снова бежали, на этот раз в Турцию, где турецкое правительство начало расселять их в регионах компактного проживания курдов, что снова вызвало недовольство местного населения.
Впрочем, Касановы явно выбиваются из печальной картины судьбы своего неприкаянного полумиллионного народа. Обладая состоянием, оценивавшимся в 2019 году в 140 млн долларов, они владеют шикарными отелями, причём не только в Казахстане (так, им принадлежит «Интерконтиненталь» в Стамбуле) и производственными предприятиями в различных секторах.
Так что наше заочное знакомство через музейный ночник от завода «Красное знамя» оказалось вполне символичным. В конце концов, и пластмассовая копия, и стометровая бетонная башня отлично дополняют друг друга в истории этого места. И хотя современные стеклянные высотки давно отобрали у «Казахстана» статус самого высокого здания, его золотой венец до сих пор держит марку. Причем как в прямом смысле — оставаясь самым сейсмостойким сооружением города, так и в переносном — напоминая о том, какие удивительные исторические сюжеты могут скрываться за фасадом из монолитного железобетона.
