Холм из домов

А где же нашли тех зверей из терракоты, с которыми мы познакомились в прошлом посте? Здесь, в Дилькая-хёюке.

Дилькая — холм на юго-восточном берегу озера Ван. Сейчас это окраина города, а в III тысячелетии до н. э. — оживлённое поселение на высоте 1650 м над уровнем моря.

Что такое хёюк

Слово заслуживает остановки, потому что оно вовсе не синоним «холма».

Хёюк — это холм, который город сделал из самого себя. Сырцовый кирпич недолговечен: стены оплывают, дом сносят, и следующий дом встаёт на выровненных остатках предыдущего. Повторите это две тысячи лет — и поселение стоит на насыпи из собственных прежних воплощений, подрастающей примерно на метр в столетие. Копая такой холм, вы раскапываете не возвышенность с деревней наверху. Вы раскапываете деревню, сверху донизу.

У каждого языка этих краёв своё слово для одного и того же, и вместе они образуют карту ближневосточной археологии:

• турецкие хёюк и тепе — как в Гёбекли-тепе и Теклитепе, где мы уже побывали;
• арабское телль — как в Телль-Браке, чей храм Глаз всплывал в посте про глазных идолов;
• персидское теппе;
• древнееврейское тель.

У последнего вышла особая карьера. Тель-Авив значит «холм весны»: тель — древняя груда развалин, авив — весна. Оборот взят у Иезекииля, называющего место изгнания Тель-Авивом; а за этим стоит аккадское til abūbi, «холм потопа», — груда, оставшаяся, когда вода сошла. Новорождённый средиземноморский город, основанный в 1909 году как воплощение будущего, носит имя, означающее «древние руины». Никого это не смутило: к тому времени слово давно перестало значить то, что значит.

А что внутри?

Поселение эпохи ранней бронзы состояло из двух типов жилищ, прямоугольных и круглых, — отражая эксперименты предков с пространством. Внутри домов скамьи, глиняные полы, хозяйственные ямы. На севере стена с башнями. Архитектура примитивная, но логика уже городская.

Здесь нашли терракотовые фигурки, обсидиановое оружие, шлифовальные камни, бусины, пряслица. А ещё медные ножи и иглы, фрагменты тканей и костяные проколки. Это была не стоянка охотников, а настоящее поселение, где люди жили, трудились, украшали себя, играли с теми самыми бычками и козлятами.

Всё это тысячелетия спустя после Гёбекли-тепе, где человек только учился строить. Здесь же уже опыт, уклад, ремесло, почти город.

И на схеме не просто кружочки и квадраты. Это чьи-то дома. Да и сам холм, если на то пошло, тоже.