Маленькая невеста Армянского нагорья

Ветер ещё свеж, степь просыпается нехотя, а он уже на сцене. Алый, как заря. Героический, как первый порыв. Среди серо-зелёной пряжи трав — как мазок живого огня.

Будто выскочил из партитуры Глиэра: не сон, а танец, утверждение света и цвета.

И на этом стоит задержаться, потому что сон — как раз то, чем мак славен повсюду. Это цветок Морфея и опиума, того самого поля, что усыпляет Дороти по дороге в Изумрудный город, цветок Леты и сонных античных строк. А с 1918 года он несёт и второй груз, потяжелее: во Фландрии маки взошли над убитыми, и с тех пор их носят в петлице в знак памяти и скорби. Причём носят давно уже не только там: восточнее тот же красный цветок сделался знаком совсем другой, куда более близкой памяти — и надевают его со словами «никогда снова».

У Армянского нагорья, казалось бы, своих оснований для скорбного прочтения более чем достаточно.

Но местный язык от него отказывается. По-турецки мак — gelincik (гелинджик), уменьшительное от gelin, «невеста». Маленькая невеста. Не наркотик и не венок, а девушка в красном на свадьбе. (Тем же словом, к слову, зовётся и ласка, — видно, язык был в щедром настроении и раздал титул всем, кто показался ему мелким, быстрым и нарядно одетым.)

Русское ухо, впрочем, слышит в этом слове вовсе не цветок, а черноморский курорт — тот самый, что засел в припеве и с тех пор не выветривается. И слышит не случайно: «белую невесточку» из турецкого gelin + -cik в Геленджике поминают на каждой экскурсии и даже поставили ей памятник на набережной.

Вот только этимологи по этому поводу морщатся: скорее всего, город назван по-адыгейски — Хъулъыжъий, «маленькое пастбище», а невеста прибилась к нему позже, из красивых соображений. Так что настоящая маленькая невеста здесь — всё-таки мак. Курорт просто позаимствовал у него репутацию.

Армянский со своей стороны называет его какач — слово, звучащее как небольшой весёлый шум и не означающее ничего торжественнее самого цветка.

Так что мак нагорья не спит и не скорбит. Он танцует — гордо, стремительно, с утренним ветром в лепестках. Пусть где-то он символ сна; здесь, на этой высоте, он больше похож на сигнал к пробуждению. Алый жест. Аккорд духа.

Маленькая невеста поднялась раньше всех — и уже одета.