Ну что ж, с половцев так с половцев
Это первая серия долгой истории — той, к которой мы ещё не раз вернёмся, разглядывая Эрзурум и Карс. Крепости на востоке Анатолии строились и перестраивались под противника, до которого от них было полторы тысячи вёрст, и понять их не выйдет, не разобравшись, откуда взялся этот противник.
XV век и в Османской империи, и на Руси был периодом окончания междоусобных войн и становления государственности. И он же стал началом регулярных военных конфликтов двух держав. Конфликты эти продлятся больше четырёх веков: первая русско-турецкая война — 1568–1570 годы, последняя — 1877–1878. Дальше мы разберём их по эпизодам. А началось всё с полуострова преткновения — Крыма.
Кто там жил до всех
Первым тюркским государством, дотянувшимся до Крыма, был Тюркский каганат: в 576 году он взял Боспор. Впрочем, тюркоязычные — по преобладающей версии — гунны появились здесь ещё веком-полутора раньше. В VII веке на западной окраине распавшегося Западнотюркского каганата вырастает каганат Хазарский, за ним приходят печенеги, а в начале XI века причерноморские степи занимают кипчаки — те самые, которых русские называли половцами, европейцы куманами, а сами они себя звали кыпчаками. Татарами их начнут называть монголы, а вслед за ними русские и европейцы; чужое имя станет своим много позже, и когда именно — историки спорят до сих пор.
В XIII веке Крым стал частью Улуса Джучи (Золотой Орды), но население его от этого не поменялось: кипчаки как жили в привычных им степях центральной части полуострова, так и остались там жить. С генуэзскими факториями на побережье они уживались — с поправкой на то, что в 1298 году Ногай взял и разграбил Кафу (выросшую, кстати, на месте древнегреческой Феодосии), а в 1343–1347 годах хан Джанибек осаждал её так основательно, что именно оттуда в Европу уехала чума. По меркам эпохи это и называется «уживались».
Центром крымского улуса был город Кырым, он же генуэзский Солхат, ныне Старый Крым. Откуда имя — вопрос спорный. Стандартные топонимические словари дают либо монгольское хэрэм «крепостной вал, стена», либо тюркское qırım «ров» — по перекопскому рву, так что русское Перекоп оказывается точной калькой. Есть и версия от qır «холм, возвышенность»: qır + -ım — «мой холм». Ходит, наконец, возведение к античной Киммерии, но это народная этимология: созвучие есть, механизма перехода нет. Государство, выросшее здесь позже, называло себя Taht-ı Qırım ve Deşt-i Qıpçaq — «Престол Крыма и Кыпчакская степь»; европейцы обходились «Малой Татарией». В сухом остатке: полуостров Крым и крымские татары, говорящие на крымскотатарском языке.
Как Крым стал османским
После ставленника Тимура Едигея Золотая Орда контроль над Крымом теряет, и в 1441 году крымские беи во главе с родом Ширинов призывают на престол Хаджи Герая — Чингисида, жившего до того в Великом княжестве Литовском. Правил он долго, хотя и не безмятежно: в 1456 году его на время сместил собственный сын Хайдер. Потомкам повезло меньше. После взятия Константинополя Мехмед II Завоеватель взялся за все осколки Византии, и в 1475 году Гедик Ахмед-паша с флотом взял Кафу, генуэзские колонии на ЮБК, крепости в Причерноморье, Приазовье и на Кубани, а заодно и княжество Феодоро. Крымский хан Менгли I Герай, сидевший у генуэзцев в плену, был из плена извлечён и возвращён на трон — уже вассалом султана. Именно с этого момента русско-крымские конфликты можно считать русско-турецкими.
Правда, конфликтов ещё не было. Менгли Герай был союзником Ивана III: вместе они воевали против Большой Орды и Литвы, и союз этот держался до 1510-х годов. Перелом наступает в 1521 году, когда сын Менгли, крымский хан Мехмед I Герай, доходит с ордой до Москвы. Вот отсюда и пойдём.
Соучастником того похода был младший брат Мехмеда и младший сын Менгли — Сахиб I Герай, которого молва называет дядей Сулеймана Великолепного. Молва тут, впрочем, ошибается: версию о том, что мать Сулеймана Хафса Султан была дочерью Менгли Герая, запустил в XVI веке Паоло Джовио, а современная османистика (Фишер, Пирс, Эмеджен) её отвергает — дочерью Менгли была другая жена Селима, Айше Хатун, а Хафса, судя по османским документам, происхождения невольничьего. Зрителям «Великолепного века» это, конечно, не объяснить: там Валиде-султан — крымская княжна по всей форме, Сахиб ей родной брат, а в сорок четвёртой серии заводится и племянница Айбиге, выдуманная сценаристами уже вовсе без оглядки на генеалогию.
Образцовый Герай
Зато сам Сахиб — образец породы, из которой будет сделано следующее столетие. Стоит рассказать подробнее.
Когда его старший брат Мехмед стал ханом, он посадил 14-летнего Сахиба в тюрьму, вероятно, прекрасно понимая его натуру. А когда через четыре года, после смерти бездетного казанского хана Мухаммед-Амина, возник вопрос о троне Казанского ханства, Мехмед недолго думая предложил на него брата Сахиба, радуясь возможности от него избавиться. Москва, однако, настояла на своём кандидате — касимовском хане Шах-Али, который казанской знати не понравился, и в 1521 году мурзы устроили заговор и позвали крымского царевича сами. Сахиб вошёл в Казань и немедленно отличился, объявив Москве войну: тем же летом он с Мехмедом разорил Нижний Новгород и Владимир и вместе с братом подступил к московским предместьям.
Пока речь шла о грабительских набегах, Крым инициативу малохольного младшего братца поддерживал. Но Мехмед в 1523 году погиб, а когда русская армия взялась за Казанское ханство всерьёз, новый крымский хан Саадет на просьбу прислать пушки, пищали и янычар ответил отказом. Сахиб обратился к османскому султану, признавая себя его вассалом, — и не дождался помощи и там.
Оставив за себя в Казани 13-летнего племянника Сафу (который женится на той самой Сююмбике, знаете башню в Казанском кремле?), Сахиб бежал в Крым от стотысячного войска, которое вёл боярин Иван Фёдорович Бельский — запомните фамилию. Саадет, видимо, тоже хорошо знал Сахиба, потому что тут же засадил его в балаклавскую тюрьму, но потом выпустил, когда ему понадобилась помощь против не менее неугомонного племянника Исляма, претендовавшего на крымский престол. Отбившись, Сахиб пять лет ходил при брате в калгах — то есть в наследниках и вторых лицах ханства, — а потом перебрался в Стамбул. В мае 1532 года и Саадет добровольно оставил трон и отправился вслед за братом. Ислям вернулся в Крым и был провозглашён ханом, но султан Сулейман его не признал и через пять месяцев отправил в Крым Сахиба — с отрядом янычар, собольей шапкой и саблей. С племянником пришлось разбираться ещё пять лет: тот поднял восстание, укрепился в Перекопе, объявил себя ханом и был разбит только в 1537 году, а вскоре убит подосланным мурзой.
Столица ханства к тому времени успела переехать дважды: Хаджи Герай перенёс её из Кырыма в Кырк-Ер, Менгли — в Салачик. Сахиб перенёс её ещё раз, основав Бахчисарай, и на месте не сидел, не вылезая из походов: то на Северный Кавказ, то в Молдавию, то в Литву, то в Астрахань. Когда к нему бежал такой же проходимец боярин Семён Бельский — тот самый, что сбежал в 1534 году из Москвы в Литву, а оттуда в Стамбул, — Сахиб поддался на его уговоры пойти войной на Москву. В 1541 году он вышел к Оке и переправиться не смог: на другом берегу его ждали пищали, наряд и большой полк под командованием Дмитрия Фёдоровича Бельского — родного брата того самого перебежчика и того самого воеводы, от которого Сахиб бежал из Казани. Куда бы Сахиб ни двинулся, его встречал очередной Бельский.
В 1551 году Сулейман, воевавший с Ираном, велел крымскому хану выступить на Сефевидов. Сахиб отказался, объяснив султану, что воины его бедны, плохо одеты и длинного похода не выдержат. Султан в его верности засомневался (и с чего бы это, спрашивается?!) и назначил новым ханом его племянника Девлета Герая, а чтобы убрать Сахиба из Крыма, сановники прислали ему приказ идти на черкесское племя жанэ, будто бы нападающее на паломников. Пока Сахиб искал черкесов в горах, Девлет приплыл в Гёзлев и занял Бахчисарай. Войско перешло к нему, старшего сына Сахиба убили на Альме, самого Сахиба заперли в Таманской крепости, где его прикончил внучатый племянник Бюлюк Герай — по распоряжению Девлета, который заодно велел извести всех остальных детей и внуков дяди. После чего перевёз тело в Бахчисарай и с почестями похоронил в Салачикском дюрбе.
Так на крымском престоле оказался человек, который через двадцать лет сожжёт Москву — точнее, посад и слободы; Кремль уцелеет.
